ЦБ РФ законодательно выведет российских инвесторов из заблуждения

Фото: РБК

Продали что-то ненужное

С резким ростом продаж продуктов страхования жизни в Банк России стали поступать жалобы, связанные с введением потребителей в заблуждение и навязыванием им одних финансовых услуг вместо других.

«Банк России фиксирует такое явление на рынке финансовых услуг, как мисселинг. В 2017 году в службу поступали обращения, указывающие на то, что в ряде случаев потребители заключали договор ИСЖ, заблуждаясь относительно основных характеристик предлагаемого им страхового продукта, либо воспринимая его как вклад. Также из обращений регулятору видно, что нередко вместо договоров вклада гражданам предлагались облигации или иные ценные бумаги или комбинированный договор (часть — на вклад, часть — на инвестиционное страхование), также без объяснения особенностей и рисков такого продукта», — сообщили РБК Екатеринбург в Банке России. Количество таких обращений незначительно и составляет менее 0,01% от общего числа жалоб. В УрФО в I квартале 2018 года поступило всего три жалобы, но Центробанк решил не дожидаться.

В марте мегарегулятор сформировал рабочую группу для разработки стандарта и нормативной базы в отношении продуктов страхования жизни. Банк России намерен внести изменения в законодательную базу (в частности, федеральный закон «О рынке ценных бумаг»), чтобы закрепить на законодательном уровне категорий инвесторов — физических лиц с определением требований к каждой категории, а также установить особенности совершения такими инвесторами операций на рынке ценных бумаг.

«В отношении договора инвестиционного страхования жизни предусмотрен ряд условий, при соблюдении которых допускается заключение такого договора с неквалифицированным инвестором, в том числе информирование страхователя о размере выкупной суммы, получаемой страхователем при досрочном расторжении договора страхования жизни», — сказано в ответе Банка России.

«Закон для пятерых»

ИСЖ ­– стал единственным драйвером всего страхового рынка, объем которого по итогам 2017 года достиг 332 млрд руб. Темп прироста взносов, по оценкам RAEX, составил 54%, а премии по ИСЖ превысили 230 млрд руб. При этом 76% сборов по этому виду страхования идет через банки, а в первой пятерке игроков Сбербанк, Альфа-банк, ВТБ.

Банки выступают в качестве страховых агентов, предлагающих клиентам услуги ИСЖ. При этом страховка предлагается в качестве альтернативы традиционным банковским продуктам: в качестве финансового продукта, сочетающего страхование с инвестициями, обеспечивающими (возможно, но не гарантированно) большую доходность, в сравнении с доходностью банковского вклада.

«Этот продукт особенно хорошо воспринимается людьми с приличным достатком. Некоторым он стал интересен потому, что страховой продукт не является имуществом, средством быстрого заработка и позволяет какие-то сбережения спрятать. Например, решил развестись с женой, деньги «закинул» на страховку, и все. А продавец получает хорошую комиссию. Например, у «Росгосстрах жизнь» — 4-5% сразу со всей суммы. Банку выгодно, потому что твоих рисков почти нет, кроме имиджевых. На этом больше всех заработали несколько федеральных банков с хорошей сетью и Private Banking. Регулирования и прямого запрета нет, поэтому и придумали развивать страхование жизни через какие-то маркетплейсы», — объясняет один из банкиров, пожелавший остаться неназванным. Он считает, что появление регулирования в этом секторе было неизбежным и распространяться правила должны на всех участников рынка.

Базовый стандарт

По мнению исполнительного вице-президента Ассоциации российских банков (АРБ) Эльмана Мехтиева, многие кредитные организации были бы готовы отказаться от продукта, если он не приносит хорошей доли доходов или несет слишком большие репутационные риски. Но на рынке все равно будут те, кто продолжит продавать ИСЖ на условиях, не выгодных потребителю, ради быстрого заработка. «Ассоциация российских банков выступает против этого, потому что мы понимаем — это дорога в никуда. Рано или поздно законодатель примет решение наподобие того, как это было с законом о коллекторах, который ничего не решил, но создал новые трудности. И такой закон должен быть один для всех, чтобы не пришлось потом сталкиваться с теми же проблемами, потому что одним участникам рынка что-то запрещают, а другим — это разрешено», — сказал Мехтиев РБК Екатеринбург.

Он не раскрывает детали переговоров с ЦБ РФ о создании стандарта. Принципиальная позиция АРБ состоит в необходимости социального контракта между бизнесом и регулятором, в котором должны быть учтены интересы потребителя. И этот контракт должен исходить из контроля над продажами, чтобы не допустить ущемления интересов потребителей. Но регулятор, при этом, должен поддержать существование страхового или подобного ему инвестиционных продуктов.

«Мы готовы озвучить наше понимание того, какие методы контроля должны быть введены, но наши предложения должны еще пройти обсуждение внутри банковского сообщества, у которого нет единого мнения по этому вопросу. Такие продажи дают в краткосрочном периоде очень большие доходы у большинства банков, и их позиция — не надо ничего менять. Наша позиция — если ничего не менять, то завтра могут вообще все запретить. Поэтому повторюсь: нужно находить баланс интересов потребителя, поставщика и регулятора. Нужно предлагать рынку продукты, которые действительно нужны потребителю, а не только те, что выгодны поставщику», — считает Мехтиев.

По итогам анализа обращений Банк России рекомендовал кредитным организациям, информировать потребителей услуг об особенностях предлагаемых небанковских финансовых продуктов. В 2018 году регулятор в рамках превентивного поведенческого надзора оценит выполнение этого требования.

Кроме того, во II квартале текущего года Банк России утвердит базовый стандарт в отношении страховых организаций. Такие стандарты, как правило, самостоятельно разрабатываются саморегулируемыми организациями в сфере финансового рынка. В документ войдет требование, по которому страховая организация при заключении договора будет обязана предоставить потребителю финансовой услуги информацию о рисках ИСЖ, объектах инвестирования и отсутствии гарантирования получения дохода.